[The Lord of the Rings]
[ Одно кольцо, чтоб править всеми ]
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

[The Lord of the Rings]Перейти на страницу: « предыдущуюПредыдущая | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | следующуюСледующая »


пятница, 5 апреля 2013 г.
[ Озвучка Хоббит ] Kорзина kоmяm 18:08:39
Вот мои руки и дошли до озвучки "Хоббит: Нежданное путешествие" *.*

Подробнее…­­ Мартин Фриман (Бильбо) - Илья Хвостиков ­­
­­Иэн МакКеллен (Гендальф) - Василий Бочкарев ­­
­­ Ричард Армитидж (Торин) - Игорь Балалаев ­­
­­ Джеймс Несбитт (Бофур) - Владислав Копп ­­
­­ Кен Стотт (Балин) - Алексей Борзунов ­­
­­ Грэм МакТавиш (Двалин) - Андрей Данилюк ­­
­­ Дин О’Горман (Фили) - Иван Жарков ­­
­­ Эйдан Тернер (Кили) - Александр Дзюба ­­
­­ Джед Брофи (Нори) - Григорий Шевчук ­­
­­ Марк Хэдлоу (Дори) - Михаил Бескаравайный ­­
­­ Джон Коллен (Оин) - Игорь Старосельцев­­
­­ Питер Хэмблтон (Глоин) - Александр Груздев ­­
­­ Уильям Кирчер (Бифур) - Сергей Смирнов ­­
­­ Стивен Хантер (Бомбур) - Сергей Вещёв ­­
­­ Энди Серкис (Голлум) - Владислав Копп ­­
­­ Кейт Бланшетт (Галадриель) - Ольга Зубкова ­­
­­ Хьюго Уивинг (Элронд) - Валерий Сторожик ­­
­­ Адам Браун (Ори) - Диомид Виноградов ­­
­­ Сильвестр МакКой (Радагаст) - Сергей Чихачев ­­


Категории: [Хоббит: Нежданное путешествие], [Озвучка]
Прoкoммeнтировaть
[ Шпаргалка по гномам ] Kорзина kоmяm 17:06:42
Небольшая шпора, так сказать)

­­


Категории: [Гномы], [Картинки]
Прoкoммeнтировaть
[ВК: Братство кольца. Книга. Глава 5] Kорзина kоmяm 17:04:13
Глава 5 Заговорщики


Пойдем-ка и мы домой, - предложил Мерри. - Наверное, все это очень интересно, но пусть подождет немного.
Хоббиты спустились к перевозу. Там у пристани была причалена широкая лодка-паром, освещенная двумя фонарями на столбах. Речная вода казалась черной, над ней плыли волокна тумана и застревали в зарослях тростника у берега. Мерри свел на паром своего пони, остальные уселись на деревянных скамейках вдоль бортов. Лодка, подгоняемая шестом Мерри, неторопливо двинулась поперек течения. Брендидуин здесь разливался широко и нес свои воды с достоинством, украшая поверхность маленькими медленными водоворотами. На противоположном берегу у воды помаргивали редкие огоньки, но чуть дальше, за темной Скочкой, желтым и красным светилось множество круглых окошек. Это было Брендинорье, родовое обиталище Брендискоков.
Подробнее… Некогда старейшина Староскоков Горендад (род Староскоков был древнейшим в Марях, а может, и во всем Шире) перебрался через реку (она во все времена была восточной границей страны) и начал рыть Брендинорье. Тогда же он поменял фамилию на «Брендискок» и стал основателем этого словно бы независимого поселения. Брендискоки быстро множились, и вскоре Брендинорье заняло весь заречный холм, обрастая дверями парадными и кухонными, дровяными и просто так. А уж окошек в этом гнездилище было не счесть. Конечно, вокруг тоже строились. Так и возникло Заскочье - неширокая густонаселенная полоса между берегом реки и Древлепущей, - возникло и стало не то Ширской колонией, не то огромными выселками. Главной деревней считалась Скочка, раскиданная в беспорядке вдоль берега и по склонам холма. Жители Марей поддерживали с обитателями Заскочья дружеские отношения и признавали авторитет старейшины Брендискоков. В этом с ними солидарны были все окрестные фермеры от Крепи до Камышовки. Прочие же обитатели Шира относились к Заскочью как к близкой загранице, а народ тамошний и за хоббитов не считали, а напрасно. Местные уроженцы всего-то и отличались любовью к воде, умением строить лодки и просто плавать. Во всем же остальном водоплавающий хоббит в точности походил на жителя любой из Четей.
Здешние земли оказались открытыми на восток. Из-за этого пришлось создать Заплот - живую изгородь, над которой потрудилось не одно поколение местных садовников. От Брендидуинского Моста Заплот охватывал берег с востока широкой петлей до самого впадения Ивлинки, вытекавшей из Древлепущи, - а это, пожалуй, от конца до конца миль двадцать. Выглядел Заплот здорово, но вряд ли мог считаться надежной защитой. На ночь все равно запирались, чего во всех других уголках Шира отродясь не делали.
Паром медленно подвигался к берегу. Из всех собравшихся только Сэм никогда не был за рекой. Он сидел, вслушиваясь в незнакомые звуки журчащей воды за бортом, и думал, что прежняя его жизнь осталась на покинутом берегу, а впереди, похоже, одно длинное, мрачное приключение. «И что ему не жилось спокойно в Засумках», - подумал он о Фродо, но в это время паром причалил. Мерри остался привязывать лодку, а Пиппин взял пони под уздцы и повел вверх по тропинке, когда Сэм свистящим шепотом заставил всех оглянуться:
– Господин Фродо! Гляньте-ка туда!
На том берегу на светлых досках причала в свете двух фонарей появилось нечто черное. Издалека оно смахивало на тюк сена, вдруг решивший отправиться на водопой. Нечто суетилось на причале, словно обнюхивая помост, а потом кануло во мрак за фонарями.
– Это еще что такое? - вытаращил глаза Мерри.
– Понимаешь, - тихо сказал Фродо, - это за мной. Ты меня не спрашивай пока, ладно? Дома расскажу. Пошли.
Они заспешили вверх по тропе, а когда оглянулись с холма, дальний берег уже скрыл туман.
– Лодок ведь больше нет на том берегу? - спросил Фродо у Мерри, а получив утвердительный ответ, воскликнул оживленно: - Вот и прекрасно! А как ты думаешь, могут кони пересечь реку?
– Могут, конечно, - ответил удивленный Мерри. - Двадцать миль к северу - вот тебе Брендидуинский Мост, пересекай себе на здоровье. А если ты про переплыть спрашиваешь, так я о таком не слыхал никогда. Зачем тебе?
– После, после, - отмахнулся Фродо. - Вот домой придем, двери закроем и поговорим.
– Ну, как знаешь. Ладно. Топайте поживее, а я поеду, предупрежу Фредегара. Ужин накроем и прочее.
– Вообще-то мы поужинали у Мэггота, - смущенно проговорил Фродо, - но можно и еще раз.
– Можно, можно, - добродушно проворчал Мерри. - Дай-ка корзину. - Он пристроил подарок хозяйки Мэггота на седло, тронул пони и умчался в темноту.
До нового жилища Фродо в Кривражках было неблизко. Дом стоял на самом краю Заскочья. Потому Фродо и остановил на нем свой выбор. Место тихое, незаметное. Для того и выстроили его в свое время Брендискоки, чтобы было где отдохнуть от суматошной жизни в Брендинорье. Низкий и длинный дом, крытый дерном, с круглыми, как полагается, окошками и дверями, очень похожий на нору, стоял в глубине за деревьями. С дороги его было не видать.
Пока хоббиты шли от калитки к дверям, дом казался погруженным во тьму. Плотные ставни не пропускали света. Зато, когда на стук Фродо дверь открыл Фредегар, света оказалось сколько угодно. Пришедшие с удовольствием захлопнули двери перед носом у ночи и оказались в просторной прихожей, из которой коридор вел в глубину дома.
– Ну, как вам здесь? - спросил Мерри, появляясь в дверях. - Мы с Фэтти постарались обжить эту хоромину, но приехали-то только вчера, вы уж не рассчитывайте на многое.
Фродо огляделся. Мерри с Фредегаром действительно постарались. Его окружали любимые знакомые вещи (на новом месте они вдруг остро напомнили о Бильбо), и стояли они по возможности как в Засумках. У Фродо защипало в глазах. Ему вдруг очень захотелось и вправду поселиться в этом тихом уютном доме. Друзья старались для него, а он… он вынужден будет бросить все и уйти… уйти скоро, этой же ночью, и сказать им об этом придется до того, как все разойдутся спать.
– Здорово! - выдавил он с трудом. - Как будто и не переезжал вовсе.
После того как все разделись и пристроили котомки, Мерри провел их по коридору и распахнул дверь слева. Пахнуло банным теплом и паром.
– Баня! - заорал Пиппин. - Ура почтенному Мериадоку!
– Кто первый? - быстро спросил Фродо. - Самый старший, или самый быстрый? И так и так ты последний, мастер Перегрин.
– Хватит вам, - вмешался Мерри. - Неужели я не подумал о таких мелочах? Не хватало нам отметить новоселье дрязгами из-за корыта! Там триушата, а в медном котле вдоволь кипятку. И полотенец хватает, и мочалок, и мыла! Заходите, да поживей!
Мерри и Фредегар отправились на кухню и улыбаясь, прислушивались к шуму, долетавшему из ванной. Слышались плеск, уханье, кто-то нестройно запевал, пока над всеми не поднялся голос Пиппина, распевающего любимую купальную песню Бильбо:

О бане пой! Там жар и зной!
Отмоем пыль и прах земной!
Здесь даже полный обормот
От наслажденья обомрет!


По склонам гор бежит ручей,
Чарует звук его речей.
Но мне милее во сто крат
Воды горячей водопад!


В жару приятно отхлебнуть
Воды холодной хоть чуть-чуть.
Но если жаркий бьет поток,
Тогда - пивка глотков пяток!


Фонтан ласкает слух и взор,
Но здесь, где пышет пар из пор,
Куда нежней ласкает слух
Звук пятки, делающей «плюх»!


Пение оборвалось громким всплеском и возгласом Фродо: «Ух ты!» Надо было понимать так, что вода из ушата Пиппина сделала «плюх».
Мерри постучал в дверь кулаком и прокричал: «Эй, там! Как насчет ужина и пивка глотнуть?» Дверь открылась, и в клубах пара вышел Фродо с полотенцем на голове.
– Там такую сырость развели, - сообщил он, - придется на кухне досыхать.
Мерри заглянул в дверь. На каменном полу плескалась вода.
– Вот что, Перегрин, - сурово решил Мерри. - Пока не проведешь здесь осушение, еды не получишь. А задерживаться не советую, ждать не станем.
Ужинали на кухне, у огня.
– Вы, наверное, грибов уже наелись, не будете больше? - с робкой надеждой спросил Фредегар.
– Вот еще! - вскричал Пиппин.
– Это мои грибы! - Фродо подвинул к себе большой глиняный горшок. - Подарок госпожи Мэггот, королевы здешних хозяек. Уберите ваши загребущие лапы. Я сам всем положу.
Люди тоже любят грибы, но до хоббитов им в этой любви далеко. Здесь кроется причина небезопасных экспедиций юного Фродо в тщательно охраняемые поля Мэггота. Впрочем, это было давно. Госпожа Мэггот оказалась столь же щедра, сколь добра, поэтому хватило всем и даже Фредегар не стал сетовать на размер порции. Да и кроме грибов на столе нашлось кое-что. Закончив ужин, хоббиты, отдуваясь удовлетворенно, подвинули табуретки к огню.
– Со стола потом уберем, - разнежившись, решил Мерри. - Ну, рассказывайте. Все рассказывайте. Что там у вас за приключения случились в дороге? Как вас к Мэгготу занесло? И почему он так на меня заорал поначалу? Если бы я его не знал, решил бы, что его испугали.
– Да нас всех испугали, - признался после некоторого молчания Пиппин. Фродо сидел молча, глядя в огонь. - Ты бы тоже испугался, если бы за тобой два дня Черные Всадники гонялись.
– Кто, кто?
– Ну, знаешь, черные такие, вроде Верзилы, на черных конях, - неуверенно пояснил Пиппин. - Я вижу, Фродо говорить не намерен. Ладно, давай я расскажу. - И он обстоятельно рассказал обо всем происшедшем с момента ухода из Засумок.
Сэм слушал, кивал одобрительно, а в некоторых местах поддакивал. Фродо все молчал.
– Да-а, - помотал головой Мерри. - Если бы я не видал эту страхолюдину на причале, ни в жизнь не поверил бы. Теперь понятно, почему у Мэггота голос такой был. А ты-то, Фродо, что на это скажешь?
– Темнит что-то наш Фродо, - сказал Пиппин. - А пора бы ему перестать темнить. Мэггот вот думает, что это как-то связано с сокровищами Бильбо…
– Нет-нет! Это так, догадки всякие, - торопливо проговорил Фродо. - Мэггот же наверняка ничего не знает.
– Старина Мэггот - мужик проницательный, - веско произнес Мерри. - Лицом простоват, да умом толковат! Когда-то он забирался в самое сердце Древлепущи, много странного повидал на своем веку. Ну, а нам-то ты скажешь, насколько верны его предположения?
– Наверное, - медленно заговорил Фродо, - это хорошая догадка. Наши дорожные приключения действительно имеют отношение к Приключению Бильбо. Всадники высматривают или вынюхивают его, а может, и меня уже. Все это очень серьезно, и, если хотите знать, мне теперь всюду опасно…
Он как-то затравленно оглядел окна, стены, потолок, словно ждал, не рухнут ли они ему на голову. При этом Фродо совершенно не замечал многозначительных взглядов, которыми обменивались его друзья.
– Вот сейчас, - шепнул Пиппин Мерри. Тот кивнул.
– Хорошо, - решившись, произнес Фродо. - Не буду больше темнить. Мне надо сказать вам кое-что. Вот только как начать, не знаю.
– Давай помогу, - вполголоса предложил Мерри. - Начну за тебя.
– Что ты имеешь в виду? - с беспокойством спросил Фродо.
– Эх, старина Фродо! Мы же видим, что тебя мучает. Ты не знаешь, как распрощаться. Надумал уходить из Шира, а опасности начались раньше, чем ты до границы добрался. Времени нет, а уходить тебе не хочется. И мы тебе очень сочувствуем.
Фродо как открыл рот, так и забыл его закрыть. Друзья захохотали.
– Добрый старый Фродо! - хлопнул его по плечу Пиппин. - Ты и вправду надеялся нам пыль в глаза пустить? Да у тебя на это ни хитрости, ни осторожности не хватит! Ты так долго прощался со своими любимыми местечками, так вздыхал с самого апреля! А сколько раз ты бормотал под нос: «Ах, ах! Увижу ли я еще эту долину?» - и прочее в том же духе. А как ты притворялся, что жить не на что! А продажа ненаглядных твоих Засумок Дерикулям! А разговор с Гэндальфом!
– О небо! - воскликнул Фродо. - А я-то думал - никто ничего не знает. Что же обо мне Гэндальф подумает? Так, значит, весь Шир обсуждает мой отъезд?
– Ну нет! - ответил Мерри. - Об этом не беспокойся. Конечно, тайна твоя долго не продержится, но пока кроме нас - заговорщиков, никто ничего не знает. Мы все-таки твои друзья, давно тебя знаем, нам не составит труда догадаться о твоих мыслях. А я ведь и Бильбо неплохо знал. Когда он ушел, я глаз с тебя не спускал, уверен был - ты вслед за ним отправишься, даже думал - ты раньше уйдешь. В последнее время ты нас заставил поволноваться, и уж тут мы смотрели в оба - как бы ты тишком не сбежал. Ну и сами кое-что прикидывали. Видишь, так просто тебе не улизнуть!
– Но я же должен идти, - вымолвил Фродо. - Тут и вы мне не поможете. Это ужасно для нас для всех, только не удерживайте меня. Раз вы тут такие догадливые оказались, помогите, а не мешайте.
– Э-э, ты не понял, - остановил его Пиппин. - Надо тебе идти - значит, надо. Ну а мы - с тобой. Вот я и Мерри. Сэм - отличный парень, он за тебя дракону в пасть прыгнет, но одного мало. Дорога-то опасная.
– Милые вы мои, самые ненаглядные хоббиты! - произнес Фродо, тронутый до глубины души. - Нельзя ведь. Я давно решил. Вот вы об опасности говорите, а не представляете ведь: это вам не охота за сокровищем, не путешествие туда и обратно. Мой путь - от одной смертельной опасности к другой.
– Да знаем мы про твой путь, - серьезно ответил Мерри. - Потому и решили идти. Мы понимаем, что с Кольцом шутки плохи, и собираемся помочь тебе, раз ты против Врага пошел.
– С Кольцом? - в полном изумлении повторил Фродо.
– Именно с Кольцом, Фродо, скрытный ты наш, - ласково подтвердил Мерри. - Я уже много лет о нем знаю. Еще при Бильбо узнал. Он-то считал, это уж такая тайна! Ну и я молчал, конечно, пока вот наш заговор не сложился. Тебя-то я знаю все-таки лучше, чем Бильбо. Я тогда молодой был, а он - осторожный, но все-таки недостаточно осторожный, как оказалось. Хочешь, могу рассказать, как я про Кольцо узнал.
– Давай, - Фродо вяло махнул рукой.
– Тайна его открылась из-за Дерикуль-Сумниксов, - начал Мерри. - Как-то раз, примерно за год до того дня рождения, шел это я по дороге и вижу: впереди Бильбо идет. Вдруг навстречу нам издали - Дерикули. Бильбо с шага сбился, а потом - р-раз! - и исчез! Я так обалдел, что сам едва спрягаться не забыл. Ну а потом-то прошли они, я краем дороги крадусь, а сам все на дорогу смотрю. И высмотрел. Бильбо словно бы из ничего появился и сует что-то в карман. Оно еще на солнышке так золотом взблеснуло. Тут уж, сам понимаешь, я от Бильбо ни на шаг. Да, шпионил, сознаюсь, но уж больно любопытно. Я ведь любознательный доросток был. Наверное, во всем Шире кроме тебя я один в тайную книгу старика заглядывал.
– Ты читал книгу!? - ахнул Фродо. - Свет небесный! Да можно ли что-нибудь вообще в этом Шире в тайне держать?
– Наверное, можно, - не очень уверенно ответил Мерри. - Правда, в книгу я только мельком заглянул. Это непросто было. Бильбо не оставлял ее без присмотра. А почитать бы интересно. Что с ней стало? Она у тебя?
– Нет. Наверное, он ее с собой взял.
– Жаль. Ну ладно, - продолжал Мерри. - Я, значит, держал при себе, что знал, а нынешней весной, смотрю, серьезные дела начались. Вот тогда и сложился наш заговор. Намерения у нас тоже были серьезные, и, прямо тебе скажу, особо церемониться мы не стали. И ты не простой орешек, а Гэндальф и подавно. Хорошо, у нас осведомитель был. Познакомить?
– Где он? - слабым голосом спросил, озираясь, Фродо. Он уже ко всему был готов и не удивился бы, выйди из-за буфета какая-нибудь зловещая фигура.
– Эй, Сэм, покажись! - окликнул Мерри, и Сэм, красный как рак, выступил вперед.
– Вот наш главный добытчик! И добыл он немало. Правда, в конце концов попался-таки. И после того - ни гу-гу.
– Сэм! - вскричал Фродо. Он больше не удивлялся и теперь сам не знал, радоваться ему или гневаться, одурачили его или, наоборот, помогли.
– Да, сударь, - смущенно пролепетал Сэм. - Я виноват, конечно, но я же не во вред вам, господин Фродо. Да и господин Гэндальф говорил, помните, найди, дескать, кого-нибудь, кому доверять можно…
– Да кому же из вас доверять можно! - возмутился Фродо.
– Это смотря что, - заметил Мерри. - В беде можешь доверять нам. Мы с тобой через огонь и воду пойдем, до конца. И тайну твою сохраним не хуже тебя. А вот если сбежать надумал потихоньку - на нас не надейся. Мы же друзья тебе, Фродо. О Кольце знаем. Боимся, конечно, но пойдем с тобой. А уйдешь - за тобой пойдем, как собаки по следу.
– А помните, сударь, что Гилдор-то говорил, - ввернул Сэм. - Надо, мол, взять тех, кто захочет, уж от этого-то вы не откажетесь.
– Нет, не откажусь, - медленно произнес Фродо, глядя на ухмыляющиеся лица. - А ты, - повернулся к Сэму, - храпи теперь, не храпи, все равно тебе доверия нет. Все вы обманщики. Ну, будь по-вашему. - Он рассмеялся и махнул рукой. - Сдаюсь. Приму совет Гилдора. Эх, если бы оно не так опасно было, я бы плясал от радости. Да нет, я все равно счастлив, и легко мне, как давно не было. А я так боялся этого разговора!
– Вот и славно! Да здравствует капитан Фродо и его команда! Трижды ура! - Они кричали и прыгали вокруг него. Потом Пиппин и Мерри завели песню, специально заготовленную на этот случай. Происходила она от старой песни гномов, с которой началось Приключение Бильбо, и мотив был тот же.

Прощай, порог! Наш путь далек.
Пусть хлещет дождь, сбивая с ног, -
Уходим прочь в глухую ночь
Сквозь дебри, горы, дол и лог.


Вдали живет среди болот
Эльфийский первозданный род.
Сквозь ночь и тьму спешим к нему,
Ища надежду и оплот.


Опасен враг, коварен рок,
Но дан зарок, и долг высок -
Исполни силой каждый шаг,
Пока итог пути далек!
Уходим прочь! Уходим прочь!
Гони коней в глухую ночь!


– Славно, славно! - сказал Фродо, дослушав. - До итога далеко, а дел много. Сегодня, пожалуй, и вовсе спать не придется.
– Так это же песня! - возмутился Пиппин. - Ты что, и правда собрался «гнать коней в глухую ночь»?
– Не знаю, как лучше, - ответил Фродо. - Я боюсь Черных Всадников. Долго на одном месте оставаться опасно. К тому же все знают, куда я направлялся. Гилдор тоже советовал не медлить, а мне так хочется дождаться Гэндальфа. Ума не приложу, почему его нет! Гилдор и тот встревожился. А насчет выхода, я думаю, это от двух вещей зависит. Во-первых, от того, как скоро доберутся Всадники до Скочки, а во-вторых, как скоро мы сможем собраться. Это же времени требует.
– Ну, на второй вопрос я тебе отвечу: можем через час выходить, - сказал Мерри. - Я все давно приготовил. В стойле - шесть пони, припасы, снаряжение уложены. Остались кое-какие личные вещи да продукты с ледника.
– Вижу, подготовились, - кивнул Фродо. - А насчет Черных Всадников что вы думаете? Можем мы подождать Гэндальфа еще день?
– Понимаешь, - задумчиво произнес Мерри, - мы ведь не знаем, что могут сделать Всадники, если застанут тебя здесь. Заплот их вряд ли остановит, хоть там и охрана есть. Пропустить их ни днем, ни ночью не пропустят, а вот силой Всадники прорваться могут. Но, с другой стороны, если тот же Всадник тебя спросит, могут и пропустить. Многие ведь знают о твоем возвращении.
Фродо глубоко задумался. Друзья ждали.
– Ладно, сделаем так, - решил наконец Фродо. - Выйдем на рассвете, по дороге не пойдем. Это уж лучше здесь сидеть. Через Северные Ворота тоже нельзя - они у всех на виду. А надо бы хоть несколько дней сохранить наш уход в тайне. Мост и Западная Дорога наверняка у них под наблюдением. Я не знаю, сколько их, думаю, двое, а то и больше. Значит, надо идти туда, где нас не ждут.
– Это что же, в Древлепущу, что ли, идти? - испуганно выговорил Фредегар. - И думать нечего. Это еще опасней, чем встреча со Всадниками.
– Ну почему? - Мерри почесал в затылке. - Затея отчаянная, но, похоже, Фродо прав, другим путем незаметно не уйдешь. А так у нас есть шансы.
– Нету в Древлепуще никаких шансов, - категорически заявил Фредегар. - И никогда не было. Сгинете вы там, и вся недолга. Не ходит туда никто.
– Так уж и никто, - усомнился Мерри. - Брендискоки ходят, если приходится. И тропинка у нас там знакомая есть. Фродо ходил когда-то. И я был, даже несколько раз. Днем, правда, когда деревья сонные и спокойные.
– Ну и идите, - проворчал Фредегар. Я этого леса больше всего на свете боюсь. Про него такое рассказывают! Можете, конечно, мой голос не считать, я-то с вами не иду. Надо же кому-то здесь оставаться, Гэндальфа подождать опять же, рассказать ему все. Он, наверное, того и гляди, подъедет.
Фредегар Пузикс любил Фродо, но вовсе не горел желанием повидать мир. Родом он был из Восточной Чети, но дальше Брендидуинского Моста никогда не бывал. По замыслу заговорщиков, ему надлежало оставаться при доме и уговаривать посетителей подождать денек-другой, господин Фродо, мол, отдыхает, скоро выйдет. Решили даже одеть его во что-нибудь из вещей Фродо. Никто и не задумывался, насколько опасен такой маскарад.
– Отлично, - одобрил Фродо, когда выслушал все соображения. - Не письмо же Гэндальфу оставлять. Они ведь могут дом обыскать. А раз Фредегар взялся держать оборону, мы хоть будем уверены, что Гэндальф узнает, куда и как мы пошли. Все. На рассвете уходим через Древлепущу.
– Не хотел бы я поменяться с Фэтти, - сказал Пиппин.
– Подожди говорить, пока в лес не войдешь, - посоветовал Фредегар. - Завтра об эту пору ты уже захочешь поменяться со мной, да только поздно будет.
– Хватит об этом, - вмешался Мерри. - Надо еще прибраться да спать идти. Завтра я ведь вас действительно «в глухую ночь» подниму.
Оказавшись в постели, Фродо долго не мог заснуть. Болели ноги, и идея продолжить путешествие верхом казалась как нельзя кстати. Постепенно какой-то смутный сон одолел его. Фродо снилось сплошное море листвы под каким-то окном, далеко внизу. Там меж корней крались и принюхивались черные твари. И во сне он был уверен, что рано или поздно они его вынюхают. Издали накатывал монотонный шум; Фродо думал, что это ветер шумит в листве, но оказалось - это Море. Фродо никогда не слышал Моря наяву, но в сновидениях странный морской прибой часто тревожил его. Вдруг он обнаружил себя на открытом месте, совершенно безлесном, заросшем вереском, а в воздухе ощущался странный солоноватый привкус. Прямо перед ним на одиноком холме высилась стройная белая башня. Он тут же почувствовал желание взобраться наверх и посмотреть на Море. И уже начал подниматься, как вдруг небо осветилось молнией и загрохотал гром.


Категории: [Книга. 1.Братство кольца]
Прoкoммeнтировaть
четверг, 4 апреля 2013 г.
[ Истина ] Kорзина kоmяm 19:43:58
До чёртиков жизненно!

­­


Категории: [LOL], [Картинки], [Боромир]
комментировать 13 комментариев | Прoкoммeнтировaть
[ Учим гномий язык! ] Kорзина kоmяm 19:41:26
Чего только не придумают)
Но, следует взять на заметку. Мало ли что.

Многоувожаемые гномы не прочь научить нас говорить на их родном языке.


Бофур научит нас слову "Сокровище".
­­

Подробнее…А Торин научит нас слову "Храбрость".
­­

Глоин учит нас слову "Пещера".
­­

А Оин - слову "Мрак"
­­

Слово "Гора" от Ори
­­

Слово "Король" от Торина
­­

Дори учит нас слову "Борода"
­­

Слово от Оина - "Враг"
­­


Категории: [Гномы]
Прoкoммeнтировaть
[ Озвучка ВК. Часть 3. ] Kорзина kоmяm 19:33:34
Завершаю тему озвучки Властелина колец.

Подробнее…
Властелин колец: Возвращение короля


­­ Иэн Холм (Бильбо) - Алексей Колган ­­
­­ Джон Ноубл (Дэнетор) - Александр Груздев­­
­­ Брюс Хопкинс (Гамлинг) - Денис Беспалый­­
­­ Лоуренс Макор (Король-чародей Ангмара) - Аристарх Ливанов­­
­­ Пол Норелл (Король мёртвых) - Валерий Сторожик­­
­­ Томас Робинс (Деагол) - Александр Рахленко ­­

Остальные герои были озвучены теми же актёрами, что в первой и во второй частях.


Категории: [ВК: Возвращение короля], [Озвучка]
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
[ВК: Братство кольца. Книга. Глава 4] Kорзина kоmяm 19:10:18
Глава 4 Самая короткая дорога к грибам


Прекрасно выспавшийся Фродо открыл глаза. Он лежал под деревом в удобной постели из папоротника и душистых трав. Сквозь трепещущую зеленую листву пробивалось солнце. Фродо вскочил на ноги и выбрался из-под ветвей. Неподалеку сидел Сэм, рядом с ним стоял Пиппин и подозрительно изучал ясное небо. Эльфов не было и следа, словно они приснились накануне.
– Вот, оставили фрукты, питье и хлеб, - как-то растерянно сказал Пиппин. - Можешь завтракать. Хлеб не хуже вчерашнего. Я бы все съел, да Сэм остановил.
Подробнее…Фродо присел рядом с Сэмом и принялся за еду.
– Какие у нас планы на сегодня? - осведомился Пиппин.
– Попасть в Скочку, и как можно быстрее, - промямлил Фродо с набитым ртом.
– Всадников, что ли, опасаешься? - беспечно спросил Пиппин. Под ясным небом и утренним солнышком его, похоже, не пугала встреча с целым отрядом этих мрачных созданий.
Фродо нахмурился и ничего не ответил. Молча пожевал и все-таки выдавил из себя:
– Я хочу перебраться на тот берег и надеюсь сделать это без их помощи.
– Ты что-нибудь узнал от Гилдора?
– Да так, ничего особенного, - попытался уйти от ответа Фродо.
– А чего они нюхают все?
– Да не говорили мы про это.
– Вот и напрасно, - назидательно заметил Пиппин. - Ведь это может быть важно.
– Ах, отстань, пожалуйста, - скривился Фродо. - Я уверен, не стал бы Гилдор об этом говорить. Дай поесть спокойно. И потом, мне подумать надо.
– Это за завтраком-то? - удивился Пиппин, но все же прекратил расспросы и отошел к краю поляны.
Фродо не радовало утро. Оно было каким-то очень уж ясным, а внутри у него еще жил вчерашний страх. Он вспомнил совет Гилдора и с болью посмотрел на бегущего по зеленой траве, весело распевающего Пиппина. «Нет! Как же я могу? - сказал он себе. - Одно дело взять их на прогулку по Ширу, где можно слегка устать, слегка проголодаться, а еда и постель ждут тебя неподалеку, и совсем другое - увести в изгнание, где можно устать и проголодаться насмерть. Бильбо оставил наследство мне одному. Даже Сэма, наверное, я брать не вправе». Он поглядел на Сэма и встретил в ответ его внимательный взгляд.
– Вот, Сэм, - сказал он ему. - Я ухожу из Шира, и чем быстрее, тем лучше. Наверное, даже в Заскочье не смогу задержаться…
– Ну и хорошо, сударь, - спокойно ответил Сэм.
– Ты все еще намерен идти со мной?
На лице Сэма появилось недоуменное выражение.
– Это ведь опасно, Сэм, очень опасно. Едва ли нам придется вернуться назад.
– Уж если вы не вернетесь, так я и подавно, - сказал Сэм. - Они мне говорят: «Не оставляй его!» Как это я оставлю? Пойду, говорю, с ним, даже если он на луну полезет. А попробует его какой Черный Всадник остановить - будет иметь дело со мной! Так им и сказал, а они - смеяться…
– Постой! Кто они? О чем ты толкуешь?
– Да эльфы же! Я тут с ними поговорил прошлой ночью. Они ведь знали, что вы уходите, так я их и разубеждать не стал. Дивный народ эти эльфы!
– Верно, - согласился Фродо. - Они тебе не разонравились, когда ты на них вблизи посмотрел?
– Что им до моих «нравится, не нравится», - как-то задумчиво проговорил Сэм. - Что бы я ни думал, все равно они не такие… Древние, а в то же время - юные, веселые и печальные тож. Такие, как есть, по-другому не скажешь, - неожиданно закончил он.
Фродо изумленно смотрел на Сэма, словно ища зримых следов перемены, произошедшей с его садовником. И голос, и слова были совсем не Сэмовы. Но перед ним стоял все тот же простоватый Сэм Гэмджи, которого он знал давным-давно, правда, лицо у него было непривычно серьезное…
– Ладно, - сказал Фродо, - вот ты их и увидел. Зачем теперь дальше идти?
Сэм все так же задумчиво посмотрел в глаза хозяину.
– Именно теперь и надо мне идти. Это все прошлая ночь, сударь. Я не знаю, что со мной такое сделалось, да только будто мне кто показал, как оно завтрева будет. Знаю - долго нам с вами идти, знаю - во тьму идем, а назад дороги нет. Эльфы ли, драконы, или там горы - все это, наверное, будет, но у меня дело впереди, там где-то, сам не пойму где, только не в Шире. Сделать я его должен, значит, если вы понимаете, про что я говорю…
– Конечно, не понимаю, - честно признался Фродо. - Одно вижу: Гэндальф не ошибся, выбирая мне товарища. Я его выбором доволен, и пойдем мы вместе.
После завтрака Фродо позвал Пиппина. Тот примчался чуть ли не на одной ножке.
– Ты готов? - осадил Фродо резвящегося приятеля. - Идти надо. Долго мы проспали, когда теперь нагоним?
– Ничего себе - проспали! - возмутился Пиппин. - Я раным-рано встал, а теперь жду и жду, пока ты кончишь думать да завтракать.
– Кончил уже и то и другое. Надо побыстрее попасть к Перевозу, поэтому я не хочу на дорогу возвращаться, лучше напрямик пойдем.
– Да кто же здесь напрямик ходит? - удивился Пиппин. - Ты же не птица!
– Птица - не птица, а по дороге тащиться незачем, - серьезно ответил Фродо. - Смотри. Дорога забирает влево, в обход Марей, а возле Крепи пересекается с проселком, который от Моста идет. А если напрямик, прямо к Перевозу, четверть пути сэкономить можно.
– Короткий путь не всегда самый ближний, - возразил Пиппин. - Идти придется по увалам, ближе к Марям - болота, и вообще, знаю я эти места! На то и дороги, чтобы по ним ходить. А если ты про Черных Всадников думаешь, так это еще посмотреть: в лесу с ними встретиться - хорошего мало.
– В лесу нас еще найти надо, - Видно было, как нравится Фродо идея сократить путь. - А на дороге нас точно ждать будут.
– Эх, была не была! - неожиданно легко сдался Пиппин. - Полезем по оврагам. А я-то рассчитывал заглянуть вечерком в «Золотого Пескаря». Лучше пива во всей Восточной Чети не найти.
– Тем более! - с воодушевлением подхватил Фродо. - Уж где бы мы точно застряли, так это в «Пескаре», а нам во что бы то ни стало надо в Скочку попасть до захода. А ты, Сэм, как считаешь?
– Я с вами пойду, сударь, - храбро отвечал Сэм, отчаянно тоскуя по лучшему пиву в Восточной Чети и стараясь не выдать разочарования.
– Ну и ладно, - не стал спорить Пиппин. - Хотите через болота да колючки пробираться - дело ваше. Вперёд!
Сильно парило. Хоббиты спустились с холма и тут же попали в чащу. По расчетам Фродо, оставляя Задоры слева, они довольно скоро должны были выйти в луга, а там по прямой (ну, попадутся одна-две канавы - подумаешь!) и до Перевоза недалеко. Всего-то миль восемнадцать.
Однако довольно быстро заросли заставили его усомниться в правильности принятого решения.
Вдруг поперек дороги обнаружился ручей, текущий в глубоком овраге, с берегами, поросшими ежевикой. Овраг было не перепрыгнуть, а вниз лезть не хотелось. Волей-неволей пришлось остановиться.
– Ну вот и первая остановка, - проворчал Пиппин.
Сэм оглянулся. В просвете меж деревьев виден был гребень холма, покинутый ими недавно.
– Ой! Глядите-ка, - схватив Фродо за руку, прошептал он. Фродо резко оглянулся. На вершине холма, четко рисуясь на фоне голубого неба, застыл мрачным изваянием черный конь. Рядом с ним, пригнувшись к земле, медленно двигался знакомый черный силуэт. Фродо, не раздумывая, бросился в самые заросли ежевики, увлекая спутников за собой. Скатившись на дно оврага, они отдышались.
– Так и так неладно, - выговорил Фродо. - Но по-моему, мы вовремя смылись. Ну-ка, Сэм, послушай, как он там?
Сэм напряженно вслушался. Хоббиты, чтобы не мешать ему, перестали дышать.
– Вроде тихо, - прошептал Сэм. - Ну уж сюда-то он с конем не полезет.
Однако и хоббитам пришлось нелегко. На дне оврага было душно, колючки намертво вцеплялись в котомки, а под ногами хлюпало. Пока выбрались на относительно просторное место, успели исцарапаться, взмокнуть сверху и намокнуть снизу, а вдобавок немножко потеряли направление. Правда, ручей становился все мельче, а берега его - все ниже.
– Э-э, да это Скрепка, - сообразил Пиппин. - Нам надо на тот берег и правее взять.
Противоположный берег был безлесым. За ровным пространством, поросшим кое-где сухим камышом, в отдалении виднелись дубы. Хоббиты поспешили добраться до них. Здесь идти стало несравненно легче, подлесок исчез, зато из-за быстро густевших деревьев впереди ничего не было видно. Все чаще попадались вязы, ясени. По вершинам пролетел один порыв ветра, за ним другой, небо нахмурилось, и вдруг закапал дождь. Пока хоббиты поглядывали вверх, прикидывая, что будет дальше, дождь припустил и через минуту хлынул потоком. Тут уж стало не до разговоров. Хоббиты заторопились, не переставая озираться по сторонам. Примерно через полчаса Пиппин остановился.
– Нам пора бы выйти на чистое место, - немного растерянно произнес он. - Лес-то неширокий, как я помню, не больше мили.
– Нет уж, петлять - последнее дело, - сказал Фродо. - Пойдем, как шли. А потом, знаешь, меня пока не тянет на открытые места.
Они прошли еще пару миль. Дождь поутих, кое-где в разрывах туч проглядывало чистое небо. Путники выбрали вяз пораскидистее и решили перекусить. Под ветвями с пожелтевшей, но густой еще листвой было уютно и почти сухо. Первым делом достали фляги и обнаружили приятный сюрприз. Эльфы наполнили их светло-золотистым напитком, обладавшим привкусом меда и удивительно освежающим. Очень скоро путники и думать забыли про дождь и Черных Всадников. Теперь цель казалась им близкой, а дорожные трудности - пустяками. Фродо, поев, прислонился спиной к стволу вяза и прикрыл глаза. Сэм и Пиппин начали напевать вполголоса:

Эгей! Бутылку я припас! А ну, хлебнем до дна!
Она согреет сердце нам, хотя и холодна!
Она прогонит грусть из глаз и силу даст рукам,
Поднимет враз и пустит в пляс, забросит к облакам!
Пусть ветер свищет злую весть и пусть грозит бедой -
Не унываю, если есть бутылка не с водой!


Они снова было затянули, уже погромче, «Эгей! Бутылку я припас!» и вдруг замолчали. Фродо вскочил. Ветер донес протяжный, леденящий кровь вой. Звук поднимался, падал и оборвался на жуткой пронзительной ноте. Не успели хоббиты прийти в себя, как издали донесся ответный вой, более слабый из-за расстояния, но такой же жуткий. А потом наступила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев в кроне вяза.
– Что бы это могло быть? - Пиппин старался говорить беспечно, но голос не слушался его и предательски дрожал. - Вроде как птица, только я таких в Шире до сих пор не слыхал.
– Это не зверь и не птица, - проговорил Фродо. - Там были какие-то слова. Кто-то кричал, и ему ответили. Только хоббиты так не кричат.
Больше они не говорили. Если кто из них и подумал о Всадниках, вслух поминать не стал. Надо было бы двигаться дальше, но они не решались. Однако не дожидаться же здесь ночи! Если уж идти, то лучше по свету. Видно, эта мысль пришла всем троим одновременно. Хоббиты быстро увязали котомки и пошли.
Вскоре лес кончился. Оказавшись в лугах, путники быстро сообразили, насколько они забрели к югу. Теперь холм за рекой, на котором располагалась Скочка, виднелся далеко слева. Путь к нему пролегал по совершенно открытой местности…
Страшно было выйти из-под защиты леса. Фродо несколько раз обернулся, ожидая увидеть сзади зловещий силуэт, но пока все было спокойно. Солнце, выпутавшись из облаков, прогоняло тревогу, и скоро страх отпустил хоббитов. К тому же стали попадаться следы жилья. Скоро они уже шли ухоженными полями, перепрыгивая дренажные канавы и перелезая через изгороди. Их окружал мирный, знакомый Шир; Река с каждым шагом становилась ближе, а Черные Всадники казались какими-то лесными призраками, оставленными позади.
Миновав большое поле, засаженное репой, путники очутились перед крепкими воротами. Плотно утрамбованная дорожка вела от них к постройкам к глубине. Пиппин остановился.
– Знакомые ворота, - сказал он. - Это ж усадьба Мэггота.
– Ну вот, новая напасть, - упавшим голосом отозвался Фродо. Он смотрел на симпатичную дорожку за воротами так, словно она вела прямиком в логово дракона. Пиппин удивленно посмотрел на друга.
– Чем тебе плох старый Мэггот? - спросил он. - Это добрый друг Брендискокам. Конечно, псы у него - звери, так ведь граница недалеко, здесь иначе нельзя.
– Наверное, нельзя, - сконфуженно сказал Фродо. - Знаю я его собак. Это бы ничего, а вот что они меня знают - это хуже. Понимаешь, я к нему за грибами лазил, а он ловил меня не единожды, еще когда я мальчишкой был несмышленым. В последний раз выдрал он меня, а потом показал собакам и говорит: «Гляньте на него, волки! Если этот шалопай еще раз здесь появится, можете его съесть. А пока проводите вон!» И что ты думаешь? Довели они меня до Перевоза, только что пинка не дали, а тронуть - не тронули.
Пиппин расхохотался.
– Тогда пойдем мириться, - предложил он. - Ты же собираешься жить тут, а старый Мэггот в самом деле неплохой сосед, если, конечно, не зариться на его грибы. Ладно, положись на меня. Они с Мерри друзья, мы не раз здесь бывали. Пойдем.
Они пошли по дорожке, и вскоре из-за деревьев показались крытые соломой кровли надворных построек. Мэгготы, как, впрочем, и большинство здешних жителей, издавна жили в домах. Усадьба - большой жилой дом - была сложена из потемневшего от времени кирпича и обнесена высоким забором. Тропинка подвела хоббитов прямо к внутренним воротам, но стоило Пиппину коснуться калитки, как за ней раздался оглушительный лай, и чей-то голос крикнул:
– Хват! Клык! Волк! Куси его, собачки!
Фродо и Сэм замерли, а Пиппин храбро сделал несколько шагов, но в конце концов тоже остановился. Три огромных пса мчались навстречу. Сэм так и сел возле забора. Псы, больше похожие на волков, не обратили па Пиппина никакого внимания. Два из них занялись Сэмом: тщательно обнюхав незнакомца, они встали справа и слева, и малейшее движение помертвевшего Сэма сопровождалось рычанием, не оставляющим сомнений в серьезности их намерений. Третий пес, самый большой и свирепый на вид, преградил дорогу Фродо. К счастью, вслед за собаками показался и хозяин. Это был пожилой хоббит на редкость крепкого сложения с красным, обветренным лицом. Еще издали он не совсем дружелюбно поинтересовался:
– Кого это к нам принесло? - а подойдя поближе, выразился еще определеннее: - Что надо?
– День добрый, господин Мэггот! - поздоровался Пиппин.
Хозяин вгляделся.
– О! Да никак мастер Пиппин собственной персоной! Стало быть, почтенный Перегрин Тук пожаловал. Давненько вас не видно, - Мэггот вроде бы собрался улыбнуться, но раздумал. - По правде сказать, ваше счастье, что мы знакомы, а то я решил спускать собак на всех прохожих. То ли мы к Реке слишком близко живем, - покачал он головой, - то ли просто у нас место такое, что каждый встречный-поперечный норовит своим визитом осчастливить, но уж таким дурным, как этот малый, я по своей земле шастать не дам.
– О ком это вы? - насторожился Пиппин.
– Ха! Так он вам не встретился? - удивился хозяин. - Навестил меня тут один перед вами. Отродясь таких чудиков не видал, и вопросы он странные задавал. Да чего ж мы тут стоим? Пойдемте-ка в дом, посидим, новости обсудим. Эль у меня нынче удался опять же. Пошли, пошли, мастер Тук, и друзей ваших зовите.
Хозяину, похоже, было что рассказать.
– А как насчет собачек? - с беспокойством спросил Фродо.
– Уладим, - рассмеялся Мэггот. - Пока я не скажу, они не тронут. - Эй, Хват, Клык! Ко мне! - позвал он. - Ко мне, Волк!
Собаки нехотя отошли. Пиппин представил спутников.
– Господин Фродо Сумникс, - сказал он. - Вы его, может, не помните, он одно время в Брендинорье жил.
Хозяин вздрогнул и внимательно посмотрел на Фродо. «Все, - похолодел Фродо, - о грибах вспомнил! Сейчас собак спустит!»
Однако Мэггот дружески протянул руку.
– А уж это и вовсе чудеса! - воскликнул он. - Господин Сумникс, значит? Да, дела… Ну, пошли в дом. Надо поговорить.
Вскоре все расселись у очага в просторной кухне усадьбы. Хозяйка принесла пиво в огромном жбане, и, когда гости отхлебнули из кружек, Пиппин восхищенно причмокнул и перестал жалеть о «Золотом Пескаре». Пиво у Мэггота действительно удалось отменное. Сэм так не считал, хотя язык говорил ему обратное. Он вообще не склонен был доверять тем, кому пришла в голову блажь жить за пределами Хоббитона. А уж о дружеском расположении к хозяину усадьбы, поколачивавшему (пусть давно) его хозяина и речи быть не могло.
Сперва, как водится, поговорили о погоде и видах на урожай (и то и другое не сильно отличалось от всегдашнего). Потом Мэггот отодвинул кружку и поочередно оглядел своих гостей.
– Так я не понял, мастер Перегрин, откуда и куда вы направляетесь. Ведь не меня же навестить зашли. А если меня, то как на зады попали?
– Тут ведь какое дело, мастер Мэггот, - начал Пиппин, - мы ведь вашими полями шли. А все почему? Можете себе представить: хотели напрямик к Перевозу выйти и заплутали.
– Когда спешишь, по дороге быстрее, - назидательно произнес хозяин. - Впрочем, это не моя забота. И оправдываться нечего. Вам-то не надо меня спрашивать, чтобы моими полями пройти. Да и вам, господин Сумникс, - обратился он к Фродо. - Ходите себе на здоровье. Хотя, - Мэггот выдержал паузу, - грибы-то небось по-прежнему любите, а? Как же, как же! Я ведь еще не обеспамятел. Помню одного молодого разбойника в Заскочье, Фродо звали… и фамилия - Сумникс. Даже если бы и забыл, фамилию-то, - фермер прищурился, - было кому напомнить. Да я не о грибах. Дело прошлое. Фамилию вашу я услышал минут за десять до вашего прихода. - Хоббиты вытаращили глаза. - О чем, по-вашему, допытывался у меня этот чужак? - хозяину, похоже, нравилось обстоятельно входить в подробности рассказа. - Явился он верхом. Конь здоровенный, черный такой. А ворота некстати открыты были. Ну, он прямо к двери. Плащ на нем тоже черный да с капюшоном, лица не видать. Я подумал: «Может, беглый какой? Чего его в Шир занесло?» У нас тут Верзилы и не бывают почти, а таких и подавно не видывали. Вышел я к нему, поздоровался и говорю: «Вам куда бы ни ехать, сударь, все одно - не по этой дороге. Большак во-он там, говорю, вертайтесь, здесь вам делать нечего». Уж очень мне вид его не понравился. К тому ж Хват выскочил да, не гавкнув, попятился, хвост поджавши, и удрал в дом. А этот черный и внимания не обратил. «Я, говорит, оттуда пришел», и показывает, злодей, на мои же поля! Каково? А потом нагнулся и шипит: «Сумникса не видели?» Меня аж озноб пробрал. Да только мало ли кто капюшон на себя наденет! Это не причина, чтобы по моим полям шастать. «Отваливай! - говорю ему. - Нету здесь Сумниксов и отродясь не было. Это в Хоббитон надо ехать. Да по дороге, а не полями». А он опять шипит: «Ушел Сумникс. Скоро здесь будет. Мне нужен. Когда придет - скажешь. Золото привезу». «Катись ты со своим золотом, говорю, да побыстрее. А то сейчас собак крикну!» Он усмехнулся вроде, да ка-ак коня пришпорит! Я еле отскочить успел, а уж он в ворота, раз - и нет его. По проселку как молния черная шарахнула. Что вы на это скажете, господин Сумникс?
Фродо сидел, глядя в огонь; только одна мысль билась у него в голове: как же, ну как же они доберутся теперь до Перевоза?
– Не знаю что и думать, - наконец выдавил он из себя.
– Не знаете, так я вам скажу, - Мэггот наставительно поднял вверх корявый палец. - Зря вы связались с этой публикой из Хоббитона, мастер Фродо. Здесь-то народ покрепче будет.
Сэм отставил кружку и неприязненно поглядел на Мэггота. А хозяин меж тем продолжал:
– Оно конечно, вас в молодости за отчаянного парня знали. Когда вы из Заскочья подались вдруг в Хоббитон, я сразу сказал: наживет он там себе неприятностей. А все из-за этих подозрительных Бильбовых дел. И деньги его подозрительные, неспроста говорят, что в чужедальних краях раздобыты. Вот, может, кому-то из чужедалья и не дает покоя то золото, которое он на Сумкиной Горке зарыл?
Фродо настолько растерялся от проницательности Мэггота, что не нашелся с ответом.
– Ладно, теперь-то уж что! - махнул рукой Мэггот. - Вы правильно сделали, надумав вернуться в Заскочье. Тут и оставайтесь! И не связывайтесь ни с какими чужаками. Здесь у вас есть друзья. И если какие-нибудь черные парни опять за вами явятся, мы с собачками как-нибудь разберемся с ними. Скажу: умерли вы, или уехали вовсе, ну, что хотите. Может, они не вас ищут-то, может, им старый Бильбо нужен?
– Возможно, - как-то вяло ответил Фродо, не глядя в глаза Мэгготу. Мэггот, напротив, глядел на него очень внимательно.
– Ну что ж, вы про свои дела сами знаете, - сказал он наконец. - Ежу понятно, что вы и этот черный сошлись здесь сегодня не случайно. Может, для вас это - обычное дело. Я в ваши дела не вмешиваюсь, но вижу ведь: чем-то вы озабочены. А если бы меня спросили: чем? - я бы ответил: конечно тем, как до Перевоза добраться.
– Думай, не думай, - мрачно произнес Фродо, - а нам туда надо. Сидючи здесь, туда не попадешь, так что пойдем мы, наверное. Я вам благодарен за радушный прием, а ведь тридцать лет я вас, мастер Мэггот, боялся до ужаса. Ну и собачек ваших, конечно. Оказывается, у меня был здесь добрый знакомый, а я и не знал об этом. Жаль. Мне не хочется уходить так скоро, да время торопит. Может, вернусь когда-нибудь…
– Когда бы ни вернулись, вам будут рады, - серьезно сказал Мэггот. - Мне тут одна мысль пришла в голову. Дело-то к закату. А у нас здесь ложиться привыкли рано, стало быть, самое время поужинать. Вот если бы вы задержались и откушали с нами, нам было бы очень приятно.
– И нам тоже, - улыбнулся Фродо, - но, боюсь, не получится. Нам ведь правда надо уйти как можно скорее. И так до темноты к Перевозу не попасть.
– А-а! Так я же не все сказал, - Мэггот хитро прищурился. - Поужинаем, посажу вас в повозку да и подвезу к Перевозу. И вы ноги сбережете, и мне за вас не волноваться.
К большому удовольствию Сэма и Пиппина, Фродо с благодарностью принял предложение. Солнце быстро клонилось за западные холмы, наступали сумерки. Вернулись с поля двое сыновей и три дочери Мэггота, огромный стол накрыли к ужину. Принесли свечей, в очаг подбросили дров. Хозяйка сновала взад-вперед, подавая на стол. Вместе с гостями и домочадцами за ужин уселось четырнадцать душ. В пиве недостатка не было, равно как и в свиной грудинке с грибами, и в прочей сытной домашней снеди. Собаки лежали у огня, расправляясь с костями, на которых, впрочем, и мяса хватало.
Покончив с едой, Мэггот с сыновьями отправился запрягать. Когда гости вышли во двор, совсем стемнело. Погрузили в повозку котомки, уселись сами. Хозяйка стояла в освещенном проеме двери.
– Побереги себя, Мэггот. - попросила она. - Не связывайся с чужаками, отвезешь - и сразу домой.
– Ладно, - махнул рукой Мэггот и выехал за ворота.
Начиналась удивительно тихая, прохладная ночь. Ехали не торопясь, и огня не зажигали. Через пару миль дорога, нырнув напоследок в глубокий овраг, выбралась на проселок. Мэггот слез и попытался разглядеть следы, но в темноте ничего не увидел. Прислушались - нигде ни звука. От реки наползали тонкие пряди тумана.
– Туман… - неопределенно сказал Мэггот. - До Перевоза поедем без огней. Если встретим кого, так издали услышим.
Проехать предстояло чуть больше пяти миль. Хоббиты закутались в одеяла и чутко вслушивались в ночь, но, кроме поскрипывания колес и мерного перестука копыт, не было слышно ни звука. Фродо нервничал. Ему казалось, что повозка ползет не быстрее улитки. Рядом с ним то и дело клевал носом Пиппин, а Сэм усердно таращился в темноту.
Подъехали к Перевозу. Возле двух белых столбов Мэггот натянул вожжи. Пони встали. Хоббиты полезли наружу и вдруг замерли: впереди на дороге ясно слышался приближающийся стук копыт.
Мэггот соскочил с облучка и встал, сжимая вожжи и всматриваясь во мрак. «Клик-клоп, клик-клоп», стучали копыта.
– Вам бы спрятаться, сударь, - обратился Сэм к Фродо. - Ложитесь-ка на дно, я прикрою вас одеялом, а уж этого всадника мы спровадим. - Он встал рядом с Мэгготом. Кто бы там ни ехал, придется ему сначала переехать через него.
«Клоп-клоп, клоп-клоп», - копыта стучали уже совсем рядом.
– Эй, там! - окликнул Мэггот. - Кто едет и что надо?
Перестук копыт смолк. Хоббиты вглядывались во мрак и, казалось, уже различали смутные очертания высокой, закутанной в плащ фигуры.
– Мне нужен господин Сумникс, - прозвучал из темноты приглушенный голос, и голос этот принадлежал Мерри Брендискоку. В нескольких ярдах впереди вспыхнул фонарь и осветил повозку и хоббитов.
– Господин Мерри! - вскричал Мэггот.
– А вы кого ждали? - удивленно спросил Мерри. Он наконец выступил из тумана, и страхи путников исчезли окончательно. Тот, кого они едва не приняли за Черного Всадника, оказался добрым другом Мерри верхом на пони и с шарфом на шее. Фродо с облегчением спрыгнул на землю.
– Ну вот и вы, наконец, - воскликнул Мерри. - Мне не хотелось ужинать без вас, и поэтому, когда поднялся туман, я решил проверить, не свалились ли вы в какую-нибудь яму. Где вы их взяли, друг Мэггот? Они что, купались в вашем утином садке?
– Я собирался спустить на них собак за нарушение границ частных владений, но потом раздумал. Они сами вам все расскажут. Извините, друг Мерри и остальные прочие, мне пора. Хозяйка моя волнуется. - Он быстро развернул повозку. - Доброй вам ночи. Денек был не из самых спокойных, ну да все хорошо, что хорошо кончается. Правда, не кончилось еще. И мне, и вам до дверей далеко. Пожалуй, я рад буду оказаться дома. Ох, чуть не забыл! - С этими словами Мэггот нырнул под сиденье и извлек объемистую корзину. - Хозяйка моя, госпожа Мэггот, шлет господину Сумниксу поклон и просит принять от нее на дорожку. - Он передал корзину Фродо и под хор благодарностей и прощальных напутствий погнал пони рысью.
Хоббиты смотрели вслед повозке, пока фонари не растаяли в тумане. И вдруг Фродо заливисто рассмеялся. Он учуял из-под крышки корзины запах тушеных грибов.


Категории: [Книга. 1.Братство кольца]
Прoкoммeнтировaть
вторник, 2 апреля 2013 г.
[Art] Диоген с фонарем 16:04:11
­­


Категории: [Картинки], [Персонажи], [Леголас], [Трандуил], [Эльфы]
Прoкoммeнтировaть
[ВК: Братство кольца. Книга. Глава 3] Kорзина kоmяm 12:10:20
Глава 3 Втроем веселее


Уходить надо тихо и времени не терять, - говорил Гэндальф спустя две недели. Фродо хоть и решился, да все никак собраться не мог.
– Знаю, - досадливо поморщился Фродо. - Но не могу же я исчезнуть как Бильбо, тогда на весь Шир разговоров не оберешься.
– Исчезать не годится. Ни в коем случае! - энергично подтвердил Гэндальф. - Я сказал: не терять времени, но вовсе не имел в виду пороть горячку. Конечно, хорошо бы покинуть Шир без лишних разговоров, ради этого и задержаться можно, но не слишком.
– Как насчет осени, скажем, после нашего дня рождения? - спросил Фродо. - К этому времени я что-нибудь придумаю.
Подробнее… Сказать по правде, когда дошло до дела, ему совершенно расхотелось уходить куда бы то ни было. Засумки вдруг стали необыкновенно родными, и последним летом в них просто невозможно было пожертвовать. Осенью - Фродо знал это - уходить будет легче. В это время года его всегда начинало тянуть в дальние края. Он и срок наметил особенный: свое пятидесятилетие - сто двадцать восьмой день рождения Бильбо. Дата казалась самой подходящей. «Следом за Бильбо» - эти слова он часто повторял про себя, они мирили его с необходимостью предстоящего ухода. О Кольце он старался не вспоминать вовсе, ибо вместе с ним пришлось бы думать и о конце путешествия. С Гэндальфом он своими мыслями особенно не делился, а о чем тот догадывался - никогда было не понять.
Вот и в этот раз маг долго смотрел на Фродо и наконец с улыбкой согласился.
– Ладно. Пусть так и будет. Только уж не позже. И прошу тебя, будь осторожен. Никому ни слова о том, куда идешь. За Сэмом гляди. Cболтнет - взаправду в жабу превращу.
– Знаешь, - усмехнулся Фродо, - о том, куда я иду, мне проболтаться трудно. Я ведь и сам не знаю.
– Не говори ерунды! - оборвал Гэндальф. - Речь не о том, чтобы ты не оставлял нового адреса на почте. Никто не должен знать о твоем уходе из Шира, по крайней мере, пока ты не уйдешь подальше. Особенно - куда ты пошел: на север, на запад ли.
– А я ведь об этом и не думал, - сокрушенно покачал головой Фродо. - Бильбо шел за сокровищем. Туда и обратно. А я? Все наоборот. Иду, чтобы сокровище потерять, да и на обратный путь мне, по-моему, надеяться нечего.
– Давай-ка не будем гадать о том, чего ни ты, ни я знать не можем, - остановил его Гэндальф. - Может, тебе суждено добраться до Огненной Горы, а может, это сделают другие. Пока ты к такому пути не готов.
– Конечно, нет, - не раздумывая, согласился Фродо - А тогда куда же мне идти?
– Навстречу опасности, - ответил маг. - И, по возможности, избегая её. Я советовал бы тебе отправиться в Дольн. Раньше путь туда считался безопасным, правда, с годами все становится хуже…
– Дольн, - задумчиво проговорил Фродо. - Что ж, пусть будет Дольн. Пойду на восток. Вот и Сэму случай эльфов повидать. - Говорил он спокойно, но в сердце вдруг почувствовал горячее желание увидеть знаменитого Элронда Эльфинита, вдохнуть воздух легендарной долины, где до сих пор в мире и покое жил Дивный Народ.
Однажды летним вечером сразу загудели возбужденно и «Ветка Плюща», и «Зеленый Дракон», На время были забыты и великаны, и прочие чудеса на границах, другое взволновало постоянных посетителей: прошел слух, что господин Фродо продает - а может, уже и продал - Засумки. Да кому! Дерикуль-Сумниксам!
– Ну, положим, не задаром, - говорили одни.
– Да за бесценок отдал, - кипятились другие. - Много ты с Лобелии возьмешь! (Отто к тому времени уже несколько лет как помер. Прожил сто один год, возраст почтенный, но - ничего особенного). Однако вопрос, почему Фродо вдруг надумал продавать свою прекрасную усадьбу, волновал собравшихся даже больше, чем цена. Многие придерживались мнения (возникшего, заметим, не без помощи самого Фродо), что денежкам Бильбо пришел конец, вот наследник и собирается продать усадьбу, а на вырученные средства скромно пожить, но уже не в Хоббитоне, а перебравшись поближе к многочисленной родне в Заскочье. «Подальше от Дерикулей, стало быть», - добавляли некоторые. Правда, у этой версии было много противников - слишком укоренилась в головах жителей Хоббитона мысль о сокровищах в подвалах Засумок. Они видели в происходящем происки Гэндальфа, хоть и непонятно пока, какие коварные планы вынашивает маг. Вроде никто его и не видел, но все знали, что он в Засумках. Колдовство ли тому виной или стесненные средства, а факт оставался фактом: Фродо Сумникс возвращается в Заскочье.
– Вот, осенью собираюсь, - отвечал и сам Фродо на расспросы любопытных, - Мерри Брендискок норку мне там торгует, а может, домик небольшой присмотрит, - На самом деле Мерри уже подобрал и купил маленький домик на выселках, неподалеку от Заскочья. Такая мысль пришла Фродо после того, как он выбрал дорогу на Дольн. Заскочье ведь находится на самой восточной границе Шира, и он старательно изображал намерение переехать и поселиться там навсегда. Это выглядело правдоподобно - в Заскочье он родился и вырос.
Гэндальф провел в Шире больше двух месяцев. Но вот как-то вечером, в конце июня, уже после того, как Фродо решил окончательно тронуться в путь, маг внезапно объявил, что снова уходит, и завтра же утром.
– Ненадолго, надеюсь, - сказал он. - Мне нужно на юг, разузнать кое-что. Слишком я у тебя засиделся.
За небрежным тоном, Фродо уловил нешуточное беспокойство.
– Что-нибудь случилось? - спросил он.
– Как будто ничего, - ответил маг. - Забот много. Знаешь, надо приглядеть за всем самому. Дошло до меня тут кое-что. Если окажется, что уходить тебе надо немедленно, я вернусь, в крайнем случае весточку пришлю. А ты собирайся, как решил и - я тебя прошу - поосторожней с Кольцом. Ни в коем случае не пользуйся им.
Уходя на рассвете, он говорил Фродо:
– Жди меня со дня на день. Я вернусь, самое позднее, к твоему прощальному ужину. Похоже, идти нам надо вместе.
Поначалу слова Гэндальфа обеспокоили Фродо. Он пытался представить, какие такие вести погнали мага в дорогу, но вскоре забыл об этом. Стояла замечательная погода. Щедрое лето уходило, сменяясь изобильной осенью: ветки деревьев гнулись под тяжестью плодов, мед сочился из ульев, а колос в полях был тяжел и крепок. Но в преддверии осени беспокойство снова вернулось. Гэндальфа не было. Шел сентябрь, а от него не приходило никаких вестей. Близился день рождения, а вместе с ним - Уход. Как всегда перед дальней дорогой, хлопот хватало. Пришли помочь уложиться Фредегар Пузикс и Фолко Умникс, а Пиппин с Мерри теперь уже не отлучались из усадьбы. Впятером они быстренько перевернули все вверх дном.
Двадцатого сентября от ворот Засумок отъехали две тяжело груженные крытые повозки со скарбом из усадьбы, предназначенным для нового дома. Следующий день уже не на шутку встревоженный Фродо провел у ворот, высматривая Гэндальфа. Четверг, день праздника, выдался таким же улыбчивым и ясным, как и много лет назад, в памятный день рождения. Гэндальф не появился. На вечер был назначен прощальный пир. Стол накрыли скромно, на пятерых - сам Фродо и четверо помощников. Но настроение было совсем не праздничным. Тревога из-за отсутствия Гэндальфа, скорое расставание с друзьями тяготили хозяина. Однако четверо молодых хоббитов уселись за стол с воодушевлением, и вечеринка, несмотря ни на что, удалась. В столовой Засумок было пустовато, мебель, кроме стола и стульев, отсутствовала, но отменные еда и питье способствовали благодушному настроению, скоро установившемуся за столом. Запасы провизии Фродо продавать не собирался.
Последний бокал «Старой Винодельни» Фродо сопроводил тостом:
– Что бы ни случилось с прочим моим добром, когда до него доберутся Дерикули, этому, - он посмотрел сквозь бокал на свет, - я нашел-таки достойное применение, - и под громкие возгласы одобрения медленно допил вино.
В этот вечер было спето немало песен; среди множества тостов не забыли и тост за здоровье Бильбо; поговорили о многих делах, а совсем уже к ночи выбрались проветриться и поглядеть на звезды. Потом разошлись спать. День рождения кончился, а Гэндальф так и не пришел.
Следующим утром с последней повозкой Мерри и Фредегар отбыли в Заскочье.
– Не спите по дороге, - крикнул Мерри. выезжая за ворота, - тогда послезавтра встретимся, А я, уж так и быть, согрею дом к вашему приходу.
Фолко после завтрака отправился домой, и в усадьбе с хозяином остался один Пиппин. Фродо, не находивший себе места, все ждал Гэндальфа. Откладывать уход дольше, чем до вечера, стало невозможно, и он решил ждать до последнего. Если маг так и не появится - ну что ж, придется ему прогуляться в Заскочье, может, еще и догонит их по дороге. Фродо твердо решил идти пешком: во-первых, хотелось не торопиться, и напоследок спокойно попрощаться с любимыми местами, во-вторых, прогулка до Скочки налегке представлялась одним удовольствием.
– Надо же размять ноги перед дальней дорогой, а то совсем раскис, - сказал он сам себе, гладя в пыльное зеркало, сиротливо висевшее среди непривычно пустой гостиной.
После завтрака заявились Дерикуль-Сумниксы - Лобелия со своим белобрысым отпрыском Лотто. Могли бы и подождать, но легко ли было упустить возможность досадить Фродо напоследок.
– Наконец-то она наша! - провозгласила Лобелия, едва перешагнув порог усадьбы. Это было и невежливо, и неверно, ведь договор о купле-продаже вступал в силу только с полуночи, но вполне простительно, если учесть, что Лобелии пришлось ждать этого момента лет на восемьдесят дольше, чем она предполагала. Намедни ей уже стукнуло сто лет. Пришла она проследить хозяйским глазом, как бы не вывезли чего лишнего, да еще прихватила с собой полную опись и долго проверяла по ней наличие комодов и горшков. Наконец, получив ключи и заверения, что запасные будут оставлены у Старичины Хэма в Тугосумах, она удалилась, выразив напоследок уверенность в способностях «этих Гэмджи выгрести за ночь все из норы подчистую». Фродо ей даже чаю не предложил.
Теперь они сидели с Сэмом и Пиппином на кухне, прихлебывали из чашек и вяло сочувствовали Старичине Хэму, который приобрел такую завидную соседку, как Лобелия, в обмен на Сэма, отпущенного им «поработать в новом саду у господина Фродо в Заскочье».
– Вот и почаевничали в последний раз, - проговорил Фродо, отодвигая чашку. Поразмыслив, посуду мыть не стали, предоставив это дело Лобелии. Сэм с Пиппином увязали три котомки и выставили в ряд на крыльце, после чего Пиппин отправился прогуляться по саду, а Сэм куда-то исчез.
Солнце село. Усадьба в ранних сумерках выглядела сиротливо и как-то взъерошенно. Фродо обходил неузнаваемо изменившиеся комнаты, наблюдал, как гаснут на стенах последние закатные отблески, а в опустевших углах густеют тени. Он вышел наружу, постоял у калитки, а потом даже прошел немного по дороге с Горки, все еще надеясь увидеть высокую сутулую фигуру в остроконечной шляпе. Но на дороге не видно было ни единого прохожего. В чистом темнеющем небе разгорались яркие осенние звезды.
– Славная будет ночь, - подумал вслух Фродо. - В самый раз для начала. Все. Теперь я уже хочу идти. Не могу больше слоняться здесь без толку. Пусть Гэндальф догоняет.
Он уже собрался повернуть назад, но остановился, услышав голоса от плетня крайнего дома в Тугосумах. Один он узнал сразу - Старичина Хэм, а второй был незнакомый, противный какой-то. Не понять, что он спрашивает, зато доносились ответы Хэма, и, судя по голосу, старик явно нервничал.
– Нету, нету господина Сумникса. Утром еще ушел и добро свое вывез. Продал усадьбу и ушел, я ж говорю… Зачем продал? А до этого ни мне, ни вам дела нет… Куда ушел?… Да какие тут секреты? В Заскочье, надо полагать… Да, далековато… Нет, не был я там. Я в этом Заскочье не закопал ничего, зачем мне туда ходить? Нет, никакой записки не оставлял… Доброй вам ночи!
Напряженно вслушивающийся Фродо различил шаги незнакомца, спускавшиеся с Горки, и почему-то очень обрадовался, что тот не стал подниматься к усадьбе. «Видно, я здорово устал от досужего любопытства, - подумал он. - Все, кому не лень, лезут в мои дела». С одной стороны, ему хотелось пойти и расспросить Хэма, кому еще понадобился Фродо Сумникс, но, поразмыслив, он почел за лучшее (было ли оно лучшим?) вернуться в Засумки.
Пиппин сидел при своем мешке на крылечке. Сэм всё ещё отсутствовал.
– Сэм! - позвал его Фродо. - Куда ты пропал? Пора нам.
– Иду-иду! Сейчас! - послышался из-за дверей голос, и на пороге, поспешно вытирая рукавом губы появился Сэм. Он прощался с пивной бочкой в кладовке.
– Здесь, сударь, - доложил он. - Я подзаправился маленько на дорожку.
Фродо запер круглую входную дверь и дал ключ Сэму.
– Снеси-ка своему старику, Сэм. Мы с ним договаривались. Потом пройдешь задворками напрямик, догонишь нас возле изгороди. Через деревню не пойдем, Там сплошные уши да глаза. Надоело!
Сэм помчался вниз.
– Все. Уходим, - произнес Фродо и закинул котомку за плечи. Отойдя на несколько шагов, он обернулся и, глядя на темные окна, сказал: - Прощайте! - Помахал рукой и (тем же путем, что и Бильбо) быстро зашагал по садовой дорожке.
Перепрыгнув низкую ограду, хоббиты вышли в поля и растаяли в темноте, как будто их и не было.
У подножия Горки путешественники остановились, подтянули лямки котомок, тут их и нагнал запыхавшийся Сэм. Тяжеленная торба торчала у него над головой, покрытой старым фетровым колпаком, который Сэм почему-то называл шляпой. В полумраке он здорово походил на гнома.
– Небось самое тяжелое мне подложили, - пошутил Фродо. - Каково же улиткам приходится! Всю жизнь весь дом на горбу таскать!
– У меня еще место в мешке есть, сударь. - Сэм пыхтел, как лошадь, и явно кривил душой.
– Нет уж, Сэм! - вмешался Пиппин, - Ему полезно. Поклажу свою он сам отбирал. Обленился, отяжелел в последнее время наш дорогой Фродо. Сбросит в дороге лишний вес, вот и идти полегче будет.
– Пожалели бы вы бедного старого хоббита, - рассмеялся Фродо. - Пока до Засумок доберемся, я за ивовый прутик прятаться смогу. Кроме шуток, Сэм не многовато ты на себя навьючил? На первом же привале я с тобой разберусь. Ну, - он поудобнее перехватил посох, - что может быть лучше ночной прогулки под звездами? Сколько миль оставим позади до ночлега?
Некоторое время они споро шагали по тропинке на запад, потом взяли левей и пошли полями. Мимо проплывали ограды, рощицы, ночь становилась все темней. Темные плащи делали их невидимыми не хуже волшебных колец. Хоббиты ходят тихо, а если при этом еще и стараются не шуметь, то даже свой брат хоббит не услышит. Неудивительно поэтому, что ни маленькие лесные зверушки, ни полевые мыши не заметили их. Они пересекли Водью, речушку, текущую под ольховыми кронами; прибавив шагу, пересекли дорогу от Брендидуинского Моста (отсюда начиналось Туково хозяйство) и, забирая на юг, двинулись через Зеленые Холмы. С вершины первого они еще могли видеть, обернувшись, мирно помаргивающие огоньки в далеком Хоббитоне, но скоро их скрыли складки местности, а потом уже и Уводье потерялось в темноте позади. Фродо помахал рукой на прощанье.
– Доведется ли еще раз повидать эту долину? - тихонько вздохнул он.
Первый привал устроили часа через три. Прохладная звездная ночь вывесила туманные занавесы по ложбинам и поймам ручьев. Березки призрачно белели в темноте, их темные кроны покачивались над головами путников с еле слышимым шелестом. Перекусили (весьма скромно по хоббитским меркам), пошли дальше и вскоре повстречали скромную приятную дорогу на Задоры и Крепь и дальше, к Перевозу. В отличие от большака, она вилась меж Зеленых Холмов, навещала Залесье и похоже, намеревалась побывать во всех глухих уголках Восточной Чети.
Немного погодя вошли под своды старого высокого леса. Стало совсем темно. Некоторое время хоббиты еще разговаривали, а временами даже принимались напевать тихонько, но постепенно замолчали, а Пиппин начал заметно отставать. Наконец, одолев очередной крутой подъем, он остановился и широко зевнул.
– Я такой сонный, - неразборчиво пробормотал он, - что скоро усну прямо посреди дороги. Время-то, поди, уже за полночь.
– А я думал, ты любишь гулять в темноте, - съязвил Фродо. - Ладно. Особой спешки нет, Мерри ждет нас только послезавтра. Найдем местечко поуютней и остановимся.
– Ветер западный, - повертев носом, сообщил Сэм. - На той стороне холма можно найти затишку. Там и сушняк должен быть.
Сэм прекрасно знал места миль на двадцать вокруг Хоббитона. Правда, на этом его познания в географии Шира и заканчивались.
Действительно, по ту сторону холма, совсем недалеко от дороги, нашлось и уютное местечко у корней огромной ели, и вдоволь валежника. Скоро под сводами леса заплясал маленький костерок, а хоббиты, посидев у огня, немедленно стали клевать носами. Потом каждый устроил в корнях подобие норки, завернулся в одеяло, и через несколько минут вся компания крепко спала. О том, чтобы оставить дежурного, никто и не подумал. Чего ради? Что может угрожать хоббиту, хотя бы и ночью, в самом сердце Шира?
Когда костер догорел, старую ель посетили несколько маленьких зверушек. Потом заглянул лис, спешивший через лес по своим делам и остановленный неожиданным запахом.
«Хоббиты! - подумал он и фыркнул. - Оно конечно, теперь много чудного, но все-таки редко услышишь о хоббите, спящем под деревом. Батюшки! Да их тут целых три штуки! Нет, за этим определенно что-то кроется!»
Он был совершенно прав, но в чем тут секрет, узнать ему так и не удалось.
Утро настало шумное и светлое. Фродо проснулся первым и потер сначала бок, намятый еловым корнем, а потом одеревеневшую шею.
«Вот тебе и радости пешей прогулки, - подумал он. - Ведь можно же было ехать. - Впрочем, гак он думал обычно в начале любого путешествия. - Я здесь валяюсь на корнях, а Дерикули там нежатся на моих перинах. А вот им-то как раз коряг вполне бы хватило». Он потянулся и закричал:
– Подъем, хоббиты! Посмотрите, какое утро прекрасное!
– Чего в нем хорошего? - пробурчал Пиппин, приоткрыв глаз над краешком одеяла. - Эй, Сэм, а завтрак в половине десятого? А вода для умывания согрета?
Сэм вскочил, очумелый со сна. - Нет, сударь, нету воды. Виноват, сударь.
Фродо встал, потянулся. Сдернул одеяло с Пиппина и отправился прогуляться к опушке. Вдали, на востоке, над туманами, окутавшими мир на заре, поднималось красное солнце. Деревья в осенних праздничных нарядах из багряных и золотых кружев, казалось, плыли в туманных озерах. Дорога сбегала с холма и тоже исчезала невдалеке в белесых волокнах.
К его возвращению Пиппин с Сэмом развели хороший костер. Его встретил вопль Пиппина:
– Воды! Где вода?
– Знаешь, я ее в карманах не ношу, - ответил Фродо.
– А мы думали, ты за ней пошел, - бормотал Пиппин, роясь среди кастрюль и мисок. - Так, может, сходишь все-таки?
– Могу. А ты мне компанию составишь. И захвати-ка все фляги.
У подножия холма они нашли ручей с ледяной водой, так что, умываясь, фыркали и вздрагивали. Наполнили фляги и походный чайник, найдя возле старого замшелого валуна маленький водопадик.
С завтраком управились уже после десяти. Развиднелось. День обещал быть жарким. Уложив котомки, хоббиты спустились с холма, перепрыгнули через ручей и тут же полезли в гору. Так и пошло: вверх-вниз, и скоро каждый подумал, не многовато ли они набрали в дорогу. Дневной переход, судя по началу, предстоял нелегкий. Правда, скоро дорога устала подпрыгивать, она с трудом влезла на последний холм и с облегчением кинулась вниз. Впереди лежала долина с перелесками, сливавшимися на горизонте в зеленое марево. Перед ними открылось Залесье, а уж за ним недалеко и до Брендидуина. Дорога окончательно угомонилась и улеглась протянутой веревочкой.
– Дороге-то что, - сказал Пиппин, - она бежит себе да бежит, а я не могу без отдыха. Самое время перекусить. - Он уселся у обочины на косогоре и посмотрел на восток. Где-то там в туманной дымке, лежала река, а дальше проходила граница Шира. Сэм стоял рядом и просто пожирал глазами неведомые ему просторы.
– А эльфы живут в тех лесах? - спросил он.
– Никогда не слыхал, чтобы они там жили, - откликнулся Пиппин. Фродо молчал. Он тоже смотрел на восток так, словно видел дорогу впервые. Вдруг он медленно не то пропел, не то продекламировал:

Бежит дорога все вперед.
Куда она зовет?
Какой готовит поворот?
Какой узор совьет?
Сольются тысячи дорог
В один великий путь.
Начало знаю; а итог -
Узнаю как-нибудь.


– Похоже на раннего Бильбо, - тоном знатока определил Пиппин. - Или это - твое подражание? Не очень-то обнадеживает, верно?
– Как будто это я придумал, - неуверенно сказал Фродо, - а может, слышал когда-нибудь. Действительно, похоже на Бильбо перед уходом. Он часто повторял, что Дорога всего одна. Она как большая река, ее истоки - у каждого порога, и любая тропинка для нее - приток. «Опасное это дело, Фродо, перешагнуть порог, - говаривал он. - Только ступи на Дорогу, она подхватит и поведет тебя - куда? как знать… Допустим, перед тобой вполне безобидная на вид тропинка, глядь, она уже завела тебя через Сумеречье к Одинокой Горе, а то и куда-нибудь похуже». Так он говорил и поглядывал на дорожку от дверей усадьбы.
– Ну и пожалуйста, пусть ведет, - разрешил Пиппин, решительно снимая котомку, - только в ближайшие час-два никуда ей меня не увести. С места не тронусь.
Остальные последовали его примеру: котомки пристроили под спины, а ноги вытянули на дорогу. Передохнули. Потом, не торопясь, перекусили и снова передохнули.
Солнце начинало клониться к закату. За весь путь им не встретилось ни единой живой души. Дорогой редко пользовались: для повозок неудобна, пешком ходить в такую даль - была охота, а в Залесье можно попасть и другим путем. Хоббиты после привала уже с час как снова утаптывали ее ногами, и тут вдруг Сэм замер. К этому времени они шли лугами, и только редкие деревья предупреждали о лесах впереди.
– Похоже, там конь или пони, сзади, на дороге, - обеспокоенно проговорил Сэм. Все оглянулись, но поворот, пройденный минут пять назад, скрывал источник звуков.
– Должно быть, Гэндальф нас догоняет, - неуверенно предположил Фродо, и тут же почувствовал сильнейшее желание спрятаться от неизвестного попутчика.
– Может, это и не так важно, - заговорил он, нервно оглядываясь, - но я бы не хотел никому попадаться на глаза. Устал я от разговоров. Всякий сует нос в мои дела… Ну, а если это Гэндальф, устроим ему сюрприз. Пусть не опаздывает. Давайте-ка спрячемся!
Пиппин и Сэм метнулись влево от дороги и залегли в маленькой лощинке, а Фродо замешкался на мгновение. Какое-то нездоровое любопытство едва не пересилило в нем благоразумие. А звук копыт стремительно приближался. Еще миг - и было бы поздно! Фродо бросился ничком в густую траву за стволом придорожного дерева, быстро перекатился набок и осторожно выглянул из-под корней.
Из-за поворота вылетел отнюдь не хоббитский пони. Громадный черный конь, с человеком и седле, закутанным в черный плащ с глухим капюшоном, под которым не разглядеть было лица, скакал по дороге. Однако, поравнявшись с деревом, конь встал, громко всхрапнув. Всадник остался странно недвижим, и только склоненная голова медленно поворачивалась из стороны в сторону, да можно было различить тихое посапывание, как бывает, когда принюхиваешься, пытаясь схватить ускользающий запах.
Волна ужаса накрыла Фродо. Он едва осмеливался дышать, и только одно желание пересиливало все: немедленно надеть Кольцо! Уже рука его поползла к карману, уже предостережения Гэндальфа казались нелепыми и попросту вредными… «Бильбо же пользовался Кольцом! Я же все-таки в Шире», - лихорадочно думал он, нащупывая цепочку. Но тут всадник тронул поводья, конь шагнул раз, остановился, шагнул другой и быстро перешел на крупную рысь. Извиваясь ужом, Фродо скользнул к дороге и следил за седоком, пока он не скрылся в отдалении. Однако, в последний миг Фродо показалось, что конь не просто исчез из виду, а свернул с дороги вправо.
«Странно, - размышлял Фродо, направляясь к укрытию друзей, - и даже, я бы сказал, страшно».
Пиппин с Сэмом как завалились в траву, так и пролежали там, ничего не увидев. Пришлось рассказать им о странном обличье и поведении чужака.
– Мне думалось, - мялся Фродо, - что это он меня высматривает… или скорее вынюхивает. А мне очень не хотелось ему показываться. Про такое в Шире отродясь не слыхивали!
– Да какое ему дело до нас, этому Верзиле? - воскликнул Пиппин. - Чего его сюда занесло?
– Вообще-то люди в Шире живут, - задумчиво произнес Фродо. - В Южной Чети, я слыхал, хватает с ними хлопот. Но про таких никто не рассказывал. Откуда бы ему взяться?
– Извиняюсь, сударь, - внезапно вмешался Сэм, - я знаю, откуда он взялся. Из Хоббитона пожаловал. И куда он направляется, я тоже знаю.
– Что ты мелешь? - резко спросил Фродо. - Почему раньше молчал?
– Да забыл я, сударь! Забыл, из головы вылетело, вроде как затмение нашло! Вчера вечером, когда я к нашей норе вернулся, старик мой мне и говорит: «Эка, Сэм, - говорит, - ты тут? А я-то думал, вы с господином Фродо с утра ушли, то-то, смотрю, ключи не несут… Тут, слышь-ка, один странный тип выспрашивал меня про господина Сумникса из Засумок. Вот только что я его в Заскочье спровадил. Чего мне в нем не понравилось, в толк не возьму! А-а! Вот! Я как сказал ему, что господин-то Фродо, мол, усадьбу свою оставил и уехал, так он зашипел аж! Жутко так мне стало!» Я, значит, спрашиваю старика моего: «А какой он из себя-то?», а старик и говорит: «Ну уж не хоббит, это точно! Высокий, черный такой, а лица не видать. Надо быть, из Верзил чужедальних, и говорит чудно!» Меня времечко-то поджимало, не мог я больше слушать, вы же меня и ждали, сударь. Вообще-то я и внимания не обратил. Старик мой сдает совсем, глаза не те стали, а ведь темно уже было, когда этот приятель на него набежал. Старик-то мой по вечерам любит на околицу выйти, воздухом подышать. Может, вреда особого и нет в том, что он этому Верзиле сказал?
– Старика твоего винить не в чем, - успокоил его Фродо. - Я ведь этот разговор слыхал. Стоял там за углом неподалеку. Чуть было не подошел спросить, кому я понадобился. Вот хорош бы был! Хоть бы ты пораньше мне рассказал! Мы бы поосторожнее были!
– С чего ты взял, что это тот же чужак? - удивленно спросил Пиппин. - Не мог он нас выследить, мы тихо ушли.
– Может, выследить и не мог, - Сэм почесал в затылке, - а вот вынюхать- вполне. А потом, старикан мой говорил: черный он был.
– Надо было Гэндальфа дождаться, - посетовал Фродо. - А может, еще хуже было бы, - пробормотал он минуту спустя.
– Я не пойму! - рассердился Пиппин. - Ты только догадываешься о чем, или знаешь про этого всадника?
– Не знаю и знать не хочу, - ответил Фродо, правда не слишком уверенно.
– Ну и держи свои секреты при себе! - фыркнул Пиппин. - Что делать-то будем? Можно бы перекусить, да от твоих разговоров про вынюхивающих Верзил с невидимыми носами у меня аппетит пропал. По-моему, лучше убраться отсюда подальше.
– Да, надо идти, - согласился Фродо. - Только не по дороге, а то как бы он вернуться не вздумал или другой какой не наехал. Пошли, до Заскочья еще шагать и шагать.
Тени деревьев на траве истончились и вытянулись, когда они снова двинулись в путь. Теперь шли не по дороге, а рядом, на расстоянии броска камня. Это оказалось не так-то легко: высокая трава путалась в ногах, подлесок быстро густел. Красное солнце мягко съехало за холмы, и вечер настал прежде, чем равнина кончилась и можно было снова выбраться на дорогу. Теперь она все забирала влево, ощутимо спускаясь к речной пойме. Немного погодя повстречалась тропинка, уходящая в древнюю дубраву на краю Залесья.
– Вот по ней и пойдем, - решил Фродо.
У самой развилки кстати оказалось огромное дерево. Жизнь в нем едва теплилась, и неудивительно: от ствола осталась лишь тонкая оболочка, а вся сердцевина превратилась в дупло, раскрытой щелью повернутое в сторону от дороги. Хоббиты протиснулись внутрь и с удобством устроились на мягкой подстилке из палых листьев и прелого дерева. Укрывище дало возможность спокойно отдохнуть и поесть. Однако переговаривались они тихо, время от времени чутко вслушиваясь.
Когда путники снова выбрались на тропинку, пали сумерки. Западный ветер вздыхал в высоких кронах. Перешептывались листья. Стало беспокойно, как часто бывает на лесных дорогах перед наступлением ночи. Быстро темнело. Меж деревьями на востоке зажглась звезда. Хоббиты шагали в ногу, это подбадривало, а чуть погодя, когда звезд на небе прибавилось и они заблестели ярче, тревога прошла, и они думать забыли о копытах и всадниках. То один, то другой принимался напевать (истинно хоббитская привычка - напевать при ходьбе, ос